Колотун-Бабай (v_murza) wrote,
Колотун-Бабай
v_murza

Неполиткорректный живописец ©

К ПРОШЕДШЕМУ 175-ЛЕТИЮ ВАСИЛИЯ ВАСИЛЬЕВИЧА ВЕРЕЩАГИНА (1842-1904)


«Верещагин не просто только художник, а нечто большее»,— так записал И.Н. Крамской после первого знакомства с его живописью. Через несколько лет он скажет: «Несмотря на интерес его картинных собраний, сам автор во сто раз интереснее и поучительнее».

26 октября исполнилось 175 лет со дна рождения Василия Васильевича Верещагина, крупнейшего русского художника. Его называют баталистом, что является неким упрощением, поскольку ему прекрасно удавались и портрет, и пейзаж. Еще он был неутомимым путешественником, писателем, этнографом и военным разведчиком.
В Русском музее с мая по июль были выставлены 150 его картин с этнографическими дополнениями. Выставка эта уже подзабылась, особо на фоне ажиотажа с Айвазовским. Отпустить уходящий 2017 год, не обратившись еще раз к работам Верещагина, положительно невозможно. Как-то невыносимо актуальным стало сегодня его творчество.

ПАМЯТЬ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ
Морской корпус Петра Великого, что на Васильевском острове в Петербурге, является старейшим учебным заведением страны. На его фасаде целая галерея мемориальных досок, посвященных учившимся здесь мореплавателям, флотоводцам, ученым, адмиралам.


Среди них одна отличается от всех, и надпись на ней гласит: «Здесь учился и в 1860 году окончил полный курс Морского кадетского корпуса Василий Васильевич Верещагин, великий русский художник».

Все доски умыты и ухожены, эта единственная пребывает в плачевном состоянии: не очищена от пыли и грязи, во всю толщину мраморной плиты проходит поперечная трещина, другая наискосок у правого нижнего угла. Краска, заполнявшая контуры букв, почти полностью исчезла. Доска надломлена и в любой момент может свалиться прохожим на голову.
Вот, нашел ссылку оказывается, еще в июне Военно-морская академия им. Кузнецова грозилась эту доску восстановить. Правильно, господа офицеры! «Festina lente,— как говорил тов. Светоний — торопись медленно».

Василий Верещагин поступил в Морской кадетский корпус 9-ти лет отроду и закончил его первым по баллам в 1860 г. Лучшего гардемарина даже представили Вел. князю Константину Николаевичу. «Проси чего хочешь»,— обратился он к нему. Отличник попросил рапорт об отставке.

Гардемарин Василий Верещагин. Фото 1859 г.

Все были в гневе, родители лишили его наследства. А он поступил в Академию художеств. Вскоре он и там прервет обучение и отправится повышать квалификацию в Париж — к Жану-Леону Жерому.

В жизни Верещагина будет много загадок и парадоксов. Он участвовал во всех крупных войнах, которые вела Россия во второй половине XIX в. и был номинирован на Нобелевскую премию мира.

Он объездил половину земного шара, десятилетиями жил в Париже, подолгу пребывал в Нью-Йорке, Токио и Стамбуле; был наиболее известным русским живописцем за рубежом, но самые сенсационные его картины пропали. Цензура запрещала его полотна, и ему позировал президент США Теодор Рузвельт. Верещагина, Георгиевского кавалера, обвиняли в антипатриотизме, и он погиб в 1904 г. в Порт-Артуре вместе с адмиралом С.О. Макаровым на борту броненосца «Петропавловск».

ФУРИИ ВОЙНЫ
«Я всю жизнь любил солнце и хотел писать солнце. И после того, как пришлось изведать войну и сказать о ней свое слово, я обрадовался, что могу посвятить себя солнцу. Но фурия войны вновь и вновь преследует меня» (© В.В.)

В 1867 г. Верещагин был зачислен на службу в чине прапорщика и направлен во вновь присоединенные к России области Средней Азии в распоряжение генерал-губернатора К.П. Кауфмана. По Туркестану он путешествует в 1867-1868 гг. и в 1869-1870 гг. (уже в гражданской должности при штабе). Выполняя служебные задания, делает зарисовки с натуры, ведет путевой дневник, собирает этнографические коллекции и даже занимается археологическими раскопками.
3 мая 1868 г. Верещагин прибыл в Самарканд, где в качестве секретаря принял участие в мирных переговорах с бухарскими послами, а уже в начале июня побежденный эмир бухарский Музаффар возобновил военные действия.
2-го июня в город вошли бухарцы, взбунтовалось местное население. Горстке русских пришлось отойти в цитадель у западной стены города. Осаждающие огромными толпами бросились на стены цитадели, цепляясь за них железными кошками. Три попытки штурма были отбиты, был тяжело ранен командующий русским отрядом майор Альбедиль.
Утром 3 июня штурм возобновился. Бухарцы, сломав остатки крепостных ворот, разобрали сооруженную русскими баррикаду и захватили пушку. Солдаты бросились в штыки, причем впереди всех был художник Василий Верещагин. После рукопашной осаждающие отступили. Еще 3 дня продолжались стычки, художник участвовал в 2-х вылазках из цитадели в лабиринт городских улочек и едва избежал смерти. И только 8 июня к Самарканду подошли войска генерала Кауфмана.

За храбрость в бою Верещагин был награжден орденом Св. Георгия 4-й ст. Этот крест он с гордостью носил на своем гражданском сюртуке до конца жизни и не принял больше ни одной награды, отказавшись даже от звания профессора Императорской академии.


Вот одни из первых работ Верещагина, посвященных войне.
«После удачи» (1868)


Это бухарские сарбазы собирают трофеи — отрезанные головы, одежду и оружие русских солдат. Кто такие сарбазы, вы знаете? Пехотинцы армии эмира, от персидского سرباز‎ — удалец, рискующий головой. Правильнее сказать, головорез.

«После неудачи» (1868). Тут у сарбазов что-то пошло не так.


В воспоминаниях о туркестанской кампании художник писал: «Ужасны были тела тех нескольких солдат, …головы которых были глубоко вырезаны из плеч, чтобы ничего, вероятно, не потерять из доставшегося трофея. Солдаты кучкой стояли кругом этих тел и решали, кто бы это мог быть — «Сидороу или Федороу» — и только по некоторым интимным знакам на шее земляки признали одного из них. Известно, что за каждую доставленную голову убитого неприятеля выдается награда, преимущественно одеждой, и это не в одной Средней Азии… Этот случай дал мне также тему для небольшой картины, представляющей собирание в мешок голов убитых неприятелей…».

«Представляют трофеи» (1871).


«Торжествуют» (1871-1872) — картина в заголовке поста, это ее фрагмент.

На полотне центр Самарканда, медресе Шердор. Здесь активно идет проповедь о войне с неверными. Для антуража и поднятия боевого духа головы русских солдат насажены на шесты. Некое подобие ДАИШ (запрещен в РФ), существовавшее у границ Российской империи в XIX в.
Что это, если не грозное предупреждение художника толерантным потомкам. Кои получили в итоге столь неприятное явление, как НМР — неомусульманский радикализм.

После этих картин начинаешь понимать истинный смысл «Апофеоза войны», горы черепов с воронами. Приводить здесь общеизвестную работу мы не будем, а покажем пару жанровых картин.

«Опиумоеды» (1868), без комментариев.


«Портрет бачи» (1867-1868). Бача или батча – мальчик-танцор, для представлений наряженный в девочку, без комментариев.


Вернемся к батальному. «У крепостной стены. «Пусть войдут» (1871-72) — эпизод обороны Самарканда.


«У крепостной стены. «Вошли». Картина была уничтожена художником.


«Забытый» (1871).

Эпиграфом к этой картине служили строки печальной народной песни.

Ты скажи моей молодой вдове,
Что женился я на другой жене,
Нас сосватала сабля острая,
Положила спать мать сыра земля.


«Туркестанская серия» была с огромным успехом показана на выставке Верещагина в Лондоне в 1873 г. А на выставке 1874 г. в Петербурге художника обвинили в «клевете» на российскую армию. Возмутил «Забытый» и императора Александра II. Со всех сторон сыпались обвинения. В ответ художник вынимает из рам три картины — «Забытый», «Окружили - преследуют», «У крепостной стены. Вошли» — относит домой и сжигает.
Правительство отказалось приобрести картины, позднее их купил Павел Третьяков.

Чтобы разрядить обстановку, немного позитива из «Туркестанской серии».
«Богатый киргизский охотник с соколом» (1871).

Картина посвящена другу художника, офицеру РИА и предводителю киргизского племени Байтику Канаеву, с которым он познакомился в 1867 г., когда Канаев был приглашен в Петербург в числе 17 представителей Туркестана на торжественный прием у императора Александра II.

«Проход Барскаун» (1869)


Не дождавшись завершения петербургской выставки, Верещагин с супругой отплыл в Индию, где пробыл 2 года в путешествиях по этой огромной колонии. Англичане подозревали в бывшем морском офицере русского шпиона, но холсты Верещагина, созданные по итогам поездки, отличались полной аполитичностью. В апреле 1877 г. началась русско-турецкая война.

БАЛКАНСКАЯ СЕРИЯ. НОВЫЙ ИЕЗЕКИИЛЬ
Верещагин направляется в действующую армию, где причисляется к составу адъютантов главкома. В этой кампании он будет тяжело ранен, его будет оперировать и спасет от гангрены сам Николай Склифосовский.
Балканская серия картин создавалась в Париже в 1878-1879 гг. на основе этюдов, привезенных из Болгарии. В ней около 30 работ, объединенных в группы по основным эпизодам войны.

«Перед атакой. Под Плевной» (1881)


Отдан приказ о 3-м штурме Плевны. Генерал и штабные офицеры рассматривают врага, бесконечная цепь русских солдат неудержимо стремится к турецкому редуту по желтому сжатому полю мимо изуродованных снарядами деревьев.

«После атаки. Перевязочный пункт под Плевной» (1878–1881).


Русская армия потеряла около 13 тысяч чел. и была вынуждена временно отступить. В сражении погиб Сергей Верещагин — родной брат художника. «Число раненых было так велико, что превзошло все ожидания. Все, что заготовлено, оказалось недостаточным... Каждый из докторов работал за двоих, сестры милосердия оказали невознаградимые услуги в эти дни, и, несмотря на то, все-таки массы раненых по суткам оставались без перевязки и без пищи. Когда шел дождь, раненые промокали буквально насквозь, так как укрыться всем было негде»,— строки из воспоминаний художника.
Обратите внимание: на картине слева изображены турецкие раненые, которые ждут от наших врачей помощи.

«Побежденные. Панихида» (1879).
Здесь изображен эпизод несчастливой битвы под Телишем, которой Верещагин был свидетелем. Тогда по вине командующих был почти полностью уничтожен русский полк.


Тела убитых уже сливаются с землей, с горизонтом, облаками, сама живопись, коричнево-охристо-мглистая, дает ощутить это взаимопроникновение. Изображение поднимается до уровня мистерии. Один из европейских критиков заметил, что в этом полотне есть что-то уподобляющееся видению пророка Иезекииля.
«Была на мне рука Господа, и Господь вывел меня духом и поставил меня среди поля, и оно было полно костей, и обвел меня кругом около них, и вот весьма много их на поверхности поля, и вот они весьма сухи.
И сказал мне: сын человеческий! оживут ли кости сии? Я сказал: Господи Боже! Ты знаешь это» (Иез. 37, 1-3)
.

«На Шипке все спокойно», триптих (1878–1879).


«На Шипке все спокойно», — так регулярно рапортовали командиры в имперскую столицу.

«ТРИЛОГИЯ КАЗНЕЙ»
Так называется цикл из трех картин, исполненный в середине 1880-х гг.: «Распятие на кресте у римлян», «Подавление индийского восстания англичанами» и «Казнь заговорщиков в России». Расправа правительств над мятежниками с учетом местной специфики.
Работа над «Трилогией» началась со второй картины: «Этот сюжет проберёт не одну только английскую шкуру»,— строка из письма художника искусствоведу Владимиру Стасову.


Он оказался прав. Картина, изображавшая варварскую казнь «цивилизованными» англичанами мятежных сипаев — их разрывали на части пушечными выстрелами,— куда-то подевалась из американского музея лет сто назад: говорят, ее выкупили и уничтожили оскорбленные британцы.

«Распятие на кресте у римлян».


Это полотно вызвало весьма злые отклики клерикальных кругов, как в России, так и на Западе из-за несоответствия принятым канонам.

«Казнь заговорщиков в России».

Сложно найти даже фотографию этой картины приемлемого качества. На посмертной выставке Верещагина в 1904 г. она отсутствовала. В 1908 г. И.Е. Репин видел ее в музее петербургского Общества поощрения художеств повёрнутой лицом к стене, выставлять ее было запрещено. Картину приобрёл проживавший в России французский подданный Левитон, у которого ее отобрали полицейские власти, невзирая на протесты французского посла Палеолога.
По имеющейся информации «Казнь заговорщиков в России» хранится в запасниках Музея политической истории и не выставлялась с 1920-х гг. Русский музей не смог ее получить «по техническим причинам».

ПАЛЕСТИНСКАЯ СЕРИЯ
Работа над Балканской серией тяжело повлияла на душевное и физическое состояние Верещагина. Он пытается отойти от военной темы, заявляя: «Больше батальных картин писать не буду — баста! Я слишком близко принимаю к сердцу то, что пишу; выплакиваю (буквально) горе каждого раненого и убитого».
В начале 1884 г. художник отправляется с женой в новое путешествие — на Ближний Восток, чтобы восстановить душевные силы и набраться новых впечатлений. Поездка по Святой земле вдохновила его вновь приняться за работу. В путешествии он писал этюды с натуры, а дома создавал крупные произведения.

«Стена Соломона» (1884–1885).


«Старая еврейская могила близ Иерусалима» (1883-1884).


«Русский отшельник на Иордане».


В палестинскую серию входили и картины на Евангельские сюжеты, в частности, «Святое семейство» и «Воскресение Христово». Они принесли художнику немало неприятностей на выставке в Вене в 1885 г. Для начала оскорбился в религиозных чувствах князь-архиепископ Целестин-Иосиф, кардинал Гангльбауер. В ответ Верещагин выступил в прессе и подробно изложил свои рассуждения о евангельских текстах, предложив собрать Вселенский собор для разрешения спорных вопросов.

Тогда в ход была пущена тяжелая артиллерия: гопники с бутылками разной едкой и вонючей дряни (ничего не напоминает?).
«Какой-то сумасшедший, проповедовавший перед моими картинами, все спрашивал мой адрес. Другой, как ты знаешь, бросил витриоль, и хотя не столько испортил, сколько хотел, но все-таки несколько рам надо перезолотить, одну маленькую картинку переписать, 5 других поправить и в «Воскресенье» всю правую половину переписать, если только полотно не лопнет, так как местами кислота прошла через краску», — писал художник жене.
В итоге часть картин была безвозвратно утрачена. Например, вот это замечательное полотно «Святое семейство».


ШТУРМ ХОЛМА САН-ХУАН
Весною 1898 г. сорокалетний помощник министра военно-морских сил США Теодор Рузвельт сформировал из «золотой молодежи» и отчаянных сынов диких прерий добровольческий кавалерийский батальон Rough Riders (обычно переводится, как «Буйные всадники»). С этими парнями отправился покорять Кубу. Штурмом холма Сан-Хуан близ г. Сантьяго-де-Куба (причем в пешем порядке), на котором окопались испанцы, будущий президент добыл себе чин полковника, всеобщее признание героя войны и безграничную любовь женщин, единодушно признавших его одним из храбрейших мужчин Америки.

Теодор Рузвельт, 1902 г.

Верещагин узнал об этой истории в ходе своей выставки в США 1901-1902 гг. Он обратился к президенту США с предложением написать картину и просьбой о личной встрече. Хозяин Белого дома к этой идее отнесся благосклонно. Рузвельт всегда гордился боевым опытом, приобретенным в испано-американской войне, и, как истинный янки, не упустил случая еще раз публично продемонстрировать эту гордость. Верещагин задел самую отзывчивую струну в душе президента, за что и был вознагражден не только любезностью хозяина Белого дома, но и широкими полномочиями пребывания на закрытом для иностранцев мятежном острове.

В феврале 1902 г. Василий Васильевич отправился на Кубу. Там он встречался с участниками знаменитого штурма, с которых написал несколько этюдов.
По возвращении в июне Верещагин подарил президенту две небольших картины: вид холма Сан-Хуан и морской пейзаж с затопленным испанским кораблем. Рузвельт в ответ преподнес художнику свою недавно изданную книгу «Буйные всадники».

В.Верещагин. Взятие Рузвельтом холма Сан-Хуан (эскиз)

В итоге было создано грандиозное полотно (пять футов в ширину и девять в высоту).
С этой картиной вышла интересная история. Почему-то в России за нее принимают показанный выше эскиз, а где она в настоящее время находится, никто не знает.
Так вот, по имеющейся у автора информации, само полотно пребывает в ресторане Duane’s Prime Steaks & Seafood Restaurant, 3649 Mission Inn Avenue, Riverside, CA. Его изображения в сети нет, но картина хорошо видна на рекламном проспекте ресторана.

Источник фото. Это не реклама!

Обращаюсь к френдам из Северо-Американских Соединенных Штатов: друзья, если кого из вас занесет на Южную Калифорщину, сделайте доброе дело, сфотографируйте это полотно, выложите в сети скан приличного разрешения!
Тогда будет закрыто еще одно белое пятно в судьбе творений замечательного русского художника Василия Васильевича Верещагина.

Основные источники:
1. Сайт http://veresh.ru
2. Дэвид ван дер Ойе. Завоевание Средней Азии на картинах В.В. Верещагина.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments